Случай, конечно, беспрецедентный. В прифронтовой области во время войны вот уже пятый месяц нет руководителя. Вспомним, бывший «губернатор» В. Баранов 22 сентября прошлого года ушел в предвыборный отпуск, из которого не вернулся по причине «пролета» 26 октября.


История вопроса от Иловайска до наших дней

Можно, конечно, предположить, как это делают некоторые коллеги, что над нами проводят некий эксперимент. Можно также продлить эту мысль тем, что в планах будущей административно-территориальной реформы вообще нет места Запорожской области и нас ждет присоединение к более сильному северному соседу. Но если проанализировать поток событий последних месяцев, возникают совсем другие мысли.

Начнем издалека. Конец августа прошлого года, Иловайск. В результате странных действий и бездействия нашего генштаба украинские армейские подразделения и особенно будто специально собранные в Иловайске добровольческие батальоны понесли страшные потери. Опознание тел продолжается до сих пор. Подробности тех событий, а также анализ причин многократно и подробно изложены в газете «Запорозька Січ», поэтому об этом сейчас не будем.

За Иловайским котлом последовали т.н. минские соглашения 5 и 19 сентября 2014 года, которые сопровождались предоставлением Донбассу особого статуса. Если дословно читать указ Петра Порошенко, получается, что террористы, совсем недавно сбивавшие самолеты и стрелявшие в наших солдат, должны были стать законными силовыми структурами местной власти. Граница между «особыми территориями» и остальной Украиной должна была пройти то ли по состоянию на 5 сентября, то ли где-то рядом. Во всяком случае, в отношении Донецкого аэропорта, как потом выяснилось, мнения разошлись. То же самое можно сказать и о Дебальцевском узле.

Кому не понятно, что речь идет о новых государственных границах Украины? Во всяком случае, о новых административных границах – точно. Переговоры с Пуйлом Олланда и Меркель, возможно, еще больше конкретизируют ситуацию. Скажем прямо, Западу выгоднее иметь дело скорее с Украиной без Донбасса, чем с Украиной, включающей Донбасс. Затрат не поддержку меньше. Намного меньше. А если учесть военную разруху, то разница вообще оглушительная.

Итак, мы вынуждены привыкать к новым границам. Сейчас номинально существуют:

Луганская область с центром в почти 120-тысячном до войны Северодонецке, которая объединяет, в основном, «негустонаселенные» районы Севера прежней Луганской области. В общем, маловато будет;

Донецкая область, в которой Север и Юго-Запад прежде мощнейшей и самой густонаселенной области Украины (в 2014 г. более 4,3 млн. человек). Сейчас даже в окраинах, оставшихся под контролем Украины, живет достаточно много людей, но все равно единой областью это назвать трудно. Не зря администрация переехала из оторванного от промышленного севера крупнейшего города Мариуполь (почти 460 тысяч человек) в 165-тысячный Краматорск. Заметим, переехала 11 октября прошлого года, после Минска.

Станет ли Запорожская область де-факто пограничной?

И кто назовет такое административное деление рациональным? Наверное, никто. А рациональным было бы создание на освобожденных территориях Северного Донбасса одной области с центром, вероятно, в Северодонецке. Почему в Северодонецке? Потому что от Мариуполя до северных райцентров Луганской области Троицкое, Марковка, Меловое ехать через Курахово не меньше 400 км! А от Северодонецка близко (меньше 150 км) хоть до Мелового, хоть до Краматорска. К тому же здесь есть топонимическое усиление. Именно река Северский Донец объединяет северные районы Донецкой и Луганской областей. А то, что Северодонецк сравнительно не велик – не беда. Вместе с городами Лисичанск, Рубежное, Кременная и ближайшими населёнными пунктами он образует крупную городскую агломерацию с населением около 350 тыс. человек — Лисичанско-Северодонецкую агломерацию. Это может стать базисом крупного города.

«А как же Мариуполь?» – спросите вы. А Мариуполю с точки зрения логистики в Северодонецкой области – не место. И дистанционно, и с точки зрения промышленной кооперации Мариуполь гораздо ближе к нам, к Запорожью. Поэтому не удивлюсь, если 460-тысячный город металлургов, город-порт станет райцентром Запорожской области. Вместе с другими близкими райцентрами, такими, как Волноваха, Володарское, Мангуш.

Наша область с точки зрения логистики не идеальна. Областной центр находится в северо-западном углу области, от него до самых до окраин (до любимых всеми Кирилловки и Бердянска – до 200 км. До Мариуполя – не намного больше – 226 км, если по кратчайшему маршруту. К тому же Мариуполь связан с нашей областью технологическими цепочками. Вспомним, грузовой состав, пущенный под откос с моста у Камыш-Зари, вез руду отсюда в Мариуполь.

Не удивлюсь также, если такие крупные города Донецкой области, как Красноармейск, Димитров, Селидово, не говоря уж о райцентре Доброполье, окажутся в составе и так немаленькой Днепропетровской области.

При этом даже с потерей этих земель Северодонецкая область наверняка будет немаленькой – никак не меньше 2 миллионов жителей.

Теперь, наконец, подходим к ответу на вопрос, который вынесен в заголовок. Допустим, Запорожская область «прирастет» донецкими землями с таким крупным городом, как Мариуполь. В этом случае, чтобы соседям не было обидно, главой Запорожской администрации, по крайней мере, первым по счету, нужно назначать мариупольца. Такого, например, как Герой Украины, председатель правления и гендиректор Мариупольского меткомбината имени Ильича Владимир Семенович Бойко. Да мало ли еще достойных людей в Мариуполе? А пауза нужна еще и для того, чтобы у запорожцев прошла оскомина, набитая донецкими на всех руководящих постах при Януковиче.